Мир драконов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир драконов » Сады Менталов » Деревня у городских ворот


Деревня у городских ворот

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Назвать это предместьем не позволяет совесть.
Обычная деревня, правда, жители занимаются главным образом не пашней, а торговлей, ибо горожане тоже люди и хотят есть.
Из достопримечательностей имеется базар, где можно купить свежего молока, мяса и зелени, трактир и бордель среднего пошиба. Почему среднего? Дыксть, таки у ворот, а значит, люди туда могут наведаться разного сословия и чину.

2

>>>Дорога к городским воротам

По пути к крепостной стене, которая, кстати, надвигалась на меня неумолимо настолько, что у меня складывалось впечатление, что это не я иду к ней, а наоборот, я размышлял о своём возможном месте в сём лучшем из миров.
Итак.
Можно притворится потерявшим память. Глупо и в традициях «мыльных опер». Зато действенно — башкой ударился и даж говорить разучился. Такой вот казус. Но это не объяснит бургундского льва на котте и оптики на арбалете (и «ролтона» в чехле). да и скушно как то. По-дурацки.
Можно прятаться по кустам и одичать. Глупо? Безмерно.
Можно притвориться тапком.
Или иностранцем, что вернее.
Странствующий рыцарь — вполне романтичный и порядочный персонаж.
До того настранствовался, что в итоге забрел не понять куда. Положим даже у них тут география на высоте, но как еще объяснить мой феномен? Иностранец.
«Там иностранный шпион! Хватайте его!»
Ну моя дебильная морда и невменяемость, и выставленный напоказ герб вряд ли могут свидетельствовать в пользу шпионской версии. Разве только полный даун попадется.
Итак, рыцарь.
Эдакий... эээ...  Ашер де Труа. Благородный в меру, меркантильный, но склонный к загулам и безбашенным поступкам. Гордый, как и всякий дворянин. Короче, знакомая роль. Отыграем.
Я прокашлялся. Наверное, с патриотическим уклоном. Как там этот клич-то будет...
Народу окрест не наблюдалось, я расправил плечи, еще раз огляделся и проревел во всю глотку.
Вив Бургунь!!! Де Сэнт Джордж!!!
Древний бургундский клич разнесся над местной пасторалью легко и свободно. В паре метров от меня испуганно взвилась в небо птица, напоминающая земную куропатку.
Я негромко рассмеялся. Прорвемся.
Да, пожалуй, уверенность в собственных силах и в правильно принятых решениях мне сейчас была важна как никогда. Ибо крепостная стена приблизилась настолько критично, что я уже видел здоровенные ворота, открытые уже. Они, как бы это сказать, действительно были огромными, настолько огромными, что я начисто позабыл про всякие вавилонские аллюзии. Как же они их делали, Господь милосерд...
Мало того, в непосредственной близости от ворот расположилась небольшая деревня, я видел покосившиеся заборы, животных, напомнинающих земных коров, редкие струйки дыма из труб и человеческие фигурки в виде буквы «г» - ни дать, ни взять дачники вкалывают.
И наконец, навстречу мне ехала телега, запряженная парочкой вьючных животных. Вид у них был настолько заежженный, что я тупо обозвал их мулами, не особо задумываясь — являются ли они таковыми на самом деле. В телеге сидело с десяток баб и мужиков и неразборчиво тянули заунывную песню. Веселья в ней было не больше, чем в русской «дубинушке», к тому же пение явно не входило в таланты сих тружеников полей.
Я страдальчески поморщился под забралом и двинулся в их сторону.
Метрах в ста от меня крестьяне узрели гостя и песня стихла, чей-то блеющий голосок всё тянул в одиночестве высокую ноту, но его быстро заткнули.
Пятьдесят, сорок, тридцать, двадцать, десять (!!!) метров...
Телега приостановилась и возничий — дистрофичного вида старикашка, немного повернул мулов в сторону, максимально освобождая мне дорогу, остальные дружно уткнули глаза вниз, на носки своих чоботов. Вот уроды... В глаза явственно бросались все их угреватые страшные физии. Пролетариат, фигли.
Три, два...
Старикашка почтительно привстал и, сняв с головы вшивый треух, почтительно поклонился.
Афигеть, дайте две!
Еще несколько секунд и телега остается за моей спиной. В пятках ужасный зуд, я нестерпимо хочу бежать, но удерживаюсь. В душе подлинное ликование -  признан!!!
Так, ну довольно концерта.
Не на войне всё ж таки. Шлем бы и снять пора.
Я приостановился и стянул с головы порядком опостылевшее ведро. Потрогал щеки, веки, скулы. Всё в порядке — воспаление счастливым образом сошло на нет. Больше не спать под открытым небом, чур меня, чур. Йа больше не Ктулху — и то слава Богу.
Снул шлем под мышку, расправил на плечах гугель. Кросавчег.
Плечи размяли, осаночку прямее, прямее — первый признак благородства и воинского ремесла — осанка — знать, за соху не впрягался, горб не растил, не чета вам, землепашцам гунявым. Одернул котту, поправил ремень на поясе. Ниипет.
Подбородок вздернуть, во взгляд презрения побольше, да гонору, гонору напустить.
Чего их баловать-то. Чай не золотник, чтоб всем нравится.
При моём приближении жизнь окружающих как бы замирала.
Судя по всему, игра мне удавалась вполне и во мне видели именно благородного, а потому относились с должным пиететом, но, одновременно с этим, незнакомый герб все же настораживал местных — чего ждать от незваного гостя они не знали, так что я старался иметь вид хотя и брезгливый, но и не агрессивный.
Ля рон, ля франсон, а ля мужи-ик...
Из-под пыльных «сапогов мертвеца» разбегалась разнообразная домашняя птица вполне аппетитного вида, на почтительном расстоянии позади бежала стайка местной ребятни, привлеченной, очевидно, размерами моего клинка и экзотическим видом арбалета. Кто знает, может, они вообще тут до конструкции самострела не додумались, мало ли.

Хорошо в деревне летом!
Пристает говно к штиблетам,
Если ты в поселке этом
Пару дней живешь при этом!

Дааа... Ну и так дальше, как там....

Хорошо в деревне, если ты и фермер, и новатор!
Ты пашешь на земле своей, как робот-терминатор,
А в колхозе в сентябре поспеет рожь и пшеница:
Трудно вечером бухнуть, труднее утром похмелиться...

Ну и в этом ключе.
Короче, не здорово — что тут и скажешь. С моим гонором и понтом оставаться в деревне как-то глупо. Ну что интересного тут может быть кроме выпученных глаз поселян, да сомнительных прелестей местных тружениц, скрытых под пыльными и толстыми юбками.  Нет, с другой стороны, вот прямо сейчас переть до ворот,чтобы познакомится с местными сражами закона и порядка лицом, так сказать, к лицу, мне вовсе не улыбалось, право слово. Нужен был какой-то компромисс.
Да и к тому же... К тому же мне хотелось есть.
Вот просто кушать. Безыскусно кушать...
Несмотря на всё своё полушоковое состояние и ответственность момента, живот настойчиво напоминал о себе. Виной всему была, конечно, моя природная прожорливость, свежий воздух и море впечатлений. Горячего борщика, да, а к нему из баклажечки моей спиртику стопарика три... ииии...
Я проглотил слюну. Дьявол. Солнце, вообще-то, уже миновало зенит, а кушал я вчерашним вечером... ночером... Почему всё так сложно? Правильно говорят, живому человеку никогда покою не будет, эт верно.
Развести костер и набацать себе пару пачек «ролтона»? Но для местных этот обряд будет чем-то вроде дьявольской мессы, не иначе. Да и к тому же уронит мой статус ниже плинтуса.
«А господин там, на отшибе, костер развел и белых червей из котелка кушать изволит!»
Тут и к гадалке не ходи. Сожгут, как пить дать — сожгут и фамилии не спросят.
Я приостановился и тоскливо огляделся по сторонам.
Если я продолжу столь уверенно шествовать и дальше, то неминуемо выйду к городским воротам, а это, пожалуй, будет несколько преждевременно.
Пришедшая в голову мысль была шальной, но дельной. Пожалуй, самой забавной из всех.
Я завертел головой, самое высокое здание с наиболее опрятной крышей виднелось чуть поодаль, через парочку кривых улиц.
Резкий разворот, писк перепуганной ребятни и я с невменяемым лицом меняю курс.
Так и есть.
Намалеванная  кружка (явно с пивной пеной по ободку) и рыбьи кости под ней явственно свидетельствовали о заведении а ля «трактир», «харчевня», ну или что у них тут в этом роде. Далее требовались еще несколько вещей, но с ними я планировал разобраться уже внутри. Во-первых, личность хозяина, во-вторых, оплата... но здесь у меня имелся плохо очерченный, но всё ж таки план.
Эхх...

Помню, помню, помню я, как мать меня любила,
И не раз, и не два она мне говорила:
«Со шпаною не вращайся, не ходи в кабак,
И не шастай по ночам - убьют за просто так!"

Не послушался я маму и пошёл в кабак,
А чего бы не пойти, ведь я и так дурак.
Харю мне свернули сразу, стырили колы,
В череп получил бутылкой от Алыбашлы!

Ведь я и так дурак... Метко, Юра, царствие тебе Небесное, метко...
Я толкнул тяжелую деревянную дверь в разводах сомнительного происхождения и шагнул внутрь, чуть пригнувшись, чтобы не разбить голову. Чертовы карлики или хозяин-садист.

Отредактировано Zealot (2007-11-18 12:51:08)

3

Не знаю, сколько прошло времени и как совершалось мое перемещение. Сомневаюсь, что мой рассудок не повредился бы от этого знания. Но и «пробуждение» показало мне, что с головой у меня явно большие проблемы. Во-первых, вокруг было темно. Пару минут мне потребовалось на то, чтобы понять, что это просто ночь, а небо затянуто тучами и нет ни звезд, ни луны. Во-вторых, у меня сложилось стойкое ощущение того, что я лежу на грядке с капустой. Или чем-то очень похожим. Ну просто очень похожим на капусту, от него даже пахло так же.
Паника от мысли «а если меня кто-нибудь увидит?!» заставила меня нервно задергаться и попытаться встать. Я была слишком самонадеянна. Болезненный спазм скрутил внутренности, заставив меня свернуться в клубок.
Когда перед глазами немного прояснилось, а желудок перестал проситься наружу, мне все-таки удалось сесть и кое-как оглядеться.
- Ни… чего себе заявочки.
В первое мгновение я не узнала свой голос, настолько жутко и неожиданно он прозвучал. Оперевшись на буйно разросшийся капустный кочан, я соскребла свои бренные останки с земли и тут же едва не рухнула обратно. В неверном свете луны, едва-едва пробивавшемся сквозь плотную пелену облаков, я разглядела человеческий силуэт. Застыв в позе готовой к прыжку жабы, я громко и вдумчиво икнула, пытаясь определить, в чем тут подвох. Мне на удачу из-за облака выглянул краешек луны и осветил творившееся на земле мракобесие. Я чуть не уписалась от счастья, сообразив, что смотрю на обычнейшее огородное пугало, облаченное в потрепанную, но с виду добротную одежку. Гардероб пугала заставил меня обратить внимание на то, что было на мне надето.
- Млин… - Больничный халат замызганно-серого цвета и нижнее белье – вот и все мое богатство. Даже тапочек не было. По-прежнему сидя на корточках, я недобрым взором окинула пугало. В ближайшем будущем ему предстояло оказать мне небольшую услугу. Не рискнув встать на две точки опоры, я переместилась на четвереньки и бодро поползла вперед. Пыхтела и сопела при этом точно не тише стайки поросят. Попутно я сообразила оглядеться. Слева от меня возвышалась деревянное строение, крытое соломой. Вместо стел в окнах виднелась какая-то мутная гадость. «Бычьи пузыри» - всплыла в памяти информация. Справа торчала более приземистая постройка, явно предназначенная для хранения дров или инструмента.
Голова кружилась, меня довольно сильно подташнивало, звуки доходили словно сквозь вату, но невесть откуда взявшееся упорство гнало дальше. Я преодолела грядку с капустой и углубилась в заросли моркови. Представив, что поутру обнаружит рачительная хозяйка на своем огороде,  я невольно хихикнула.
- Ура, - тихонько прошептала я, достигнув цели. Небольшой «ползковый» переход оказался настолько утомительным, что я устало плюхнулась рядом с пугалом. Ночная прохлада не замедлила напомнить о себе, меня пробрала дрожь. Испугавшись, что перестук моих зубов разбудит всех в радиусе километра, я все-таки умудрилась встать и принялась оперативно сдирать с пугала его облачение. Надо мной явно сжалился местный бог воровства (или кто тут выполняет подобные функции?), потому что за все время грабежа луна ни разу не осветила сие непотребство. Я сгребла в охапку добытое и бодрой рысью похромала под укрытие высокого забора. Забившись в щель между забором и строением, ассоциировавшимся у меня с дровяным сараем, я вроде как переоделась. Точнее, приоделась, ибо халат снимать не стала. В доставшиеся мне штаны могло влезть три таких, как я, рубашка доходила до колен. Из-за длины рукавов она напоминала скорей смирительную, чем предназначенную для повседневной носки. Просунув руки в большие дыры на локтях, я натянула камзол (или не камзол, а кафтан, или не кафтан, но что-то типа тряпичной куртки). С внутренним содроганием я нахлобучила на голову упертый у чучела чепчик, хотя на мой непрофессиональный взгляд, подобное убожество можно использовать только в качестве половой тряпки.
Принарядившись таким образом,  я привалилась к забору и всерьез задумалась над своим будущим.  Тот человек, которого показал мне дракон, находился в городе. Не было никаких причин этому не верить, а так же не верить обещанию того, что я окажусь к нему максимально близко. Но я была не в городе, а, скорей всего, в деревеньке близ городских стен.
Я должна пройти сквозь ворота и отыскать в незнакомом городе незнакомого человека. Та еще задачка… Но кто сказал, что мне она не по плечу?

4

Потратив  не менее получаса на обдумывание безболезненных способов проникновения в черту города, я преодолела врожденную брезгливость и надвинула свой безобразный головной убор на лоб. Надергав из крыши сарая соломы, я для пущего антуража повтыкала соломинки в прорехи на своей одежде. На мой взгляд, более мирно и безобидно выглядеть просто невозможно. Надеюсь, бравая охрана, которая встает рано, заценит мои усилия.
О том, как я перелезала через забор можно написать целую поэму, но наконец преграда была преодолена. Шлепнувшись в пыль по ту сторону, я поднялась, слегка отряхнулась и, прихрамывая на  левую ногу, побрела к видневшейся невдалеке крепостной стене.
Минут через пять у меня началась нервная дрожь. Кажется, я наконец-то начала понимать – в какую историю я влипла. Я шла мимо низковатых бревенчатых избушек, ни в одной из них не горел свет. Ну правильно, электричества-то нет, а зазря жечь свечи или лучину – непозволительная роскошь для крестьян. Со временем суток мне повезло. Кажется. Наверное, может быть.  Успокаивая себя дурацкими размышлениями, я оглядывалась, как загнанный заяц, чувствуя себя так, как будто попала в какую-то компьютерную игру с потрясающей графикой и изрядной долей хоррора. Вот мамой клянусь, было стойкое ощущение того, что сейчас милая пасторальная картинка взорвется от воплей терзаемых злобными чудовищами людей. У меня явно повредилась психика. Не иначе.
Но деревенька продолжала мирно спать, лишь изредка прерывало тишину взлаивание собак.
- И-и-и!
Передо мной через дорогу метнулось что-то маленькое и очень юрко. Ввинтившись под ближайшую калитку, оно исчезло. На мой визг никто не откликнулся, и я, малость подуспокоившись, сообразила, что это была всего лишь загулявшаяся кошка.  В сердцах плюнув на дорогу, я поплотнее запахнулась в свое шикарное одеяние и побрела дальше. Зато окружающий мир я начала воспринимать как самую что ни на есть реальную реальность.
Стена и ворота в ней тем временем приближались. И с каждым шагом мое сердце билось все быстрее и быстрее. Все мои планы и умные мысли споро собрали вещички и покинули мой бедный мозг на произвол судьбы. Ноги сами собой заплетались в хитрые узоры, коленки подгибались, а зубы отстукивали отчаянную сарабанду. Короче, к городу медленно, но верно приближался эдакий человек-оркестр.
Я уже почти дошла, уже приготовилась услышать грозный рык: «Куды прешь, зараза?!»,  я уже почти набралась смелости что-нибудь промямлить, как вдруг… О, это сакраментальное вдруг!  Как много в этом слове…
Я споткнулась об выставленное мне навстречу древко копья. В очередной раз взвизгнув, я с шикарным грохотом рухнула на дорогу, слегка ушибив личико о коленку второго стражника, решившего подойти поближе.
- Ииииииииииииии, - размазывая по лицу кровь, смешанную пылью, я уселась на пятую точку и завыла. Стражи довольно заржали, предвкушая развлечение.
Ну правильно, на посту-то стоять скучно, заняться нечем. Грех не поиздеваться над бродяжкой. Вместе с обидой в мою голову пришла буквально гениальная мысль. Роль полубезумной бродяжки – то, что доктор прописал. Поглумятся да отпустят. Чего мне терять-то?!
Так, пустим слюнки, скосим глазки и взмахнем своими «крыльями». Радостный хохот показал мне, что зрители готовы поддержать артиста и не хотят пока пинками гнать меня подальше от охраняемого города. Хлюпая носом и стараясь не обращать внимание на текущую кровь, я развернулась во всю мощь своего нереализованного актерского таланта. Добавив к своему образу чучела важный штришок -  я стала глухонемым чучелом.
Через пятнадцать минут представление как-то само собой сошло на нет. Добродушным пинком под зад меня направили  в караулку. Получив на руки кружку с какой-то мутной жидкостью, от которой оч-чень сильно и резко пахло, я поняла, что мне подсунули какое-то местное пойло для солдатни. Кажется, это еще один номер развлекательной программы. Стараясь не дышать, я ухнула в себя эту дрянь. Мои натурально выпученные глазки и стон «Ыыыыыыыыы!», переходящий в хрип, вполне удовлетворили бравых служак. Поржав, они мне выделили место на лавочке, даже подкинули с барского плеча теплый плащ и спокойные и счастливые удалились на свой пост. 
Приняв от судьбы сей подарок, я завернулась в плащ и, с горем пополам пристроившись на широкой лавке, через некоторое время заснула.

Казармы

Отредактировано Арлетта (2008-03-31 08:42:58)


Вы здесь » Мир драконов » Сады Менталов » Деревня у городских ворот